Владимир Соколов (mr_henry_m) wrote,
Владимир Соколов
mr_henry_m

Category:

«Игра престолов». Миф и реальность

Нет никаких сомнений, что «Игра престолов», появившаяся на наших экранах в далёком 2011-ом (кажется, она была всегда, правда?), заимела с тех пор совершенно особое место и право, претендовать на которые не сумеет ни один сериал – и не сумеет ещё долго. Может быть – никогда. Причин этому явлению находили много (мне, например, нравится вот эта версия), но ясно, что в целом всё можно свести к трём основным моментам. Первый – это, конечно, то, что сериал стал очередным путешествием в мир условного Средневековья, который, как верно замечает автор упомянутой статьи, подкупает нас тем, что «мы в глубине души тоскуем по былой простоте отношений и четкости социальных границ», хотя, попади мы в те времена в действительности, «нас бы там либо сразу же искалечили, либо медленно сломали». Иными словами, это один из самых популярных видов эскапизма, так как средневековые «вселенные», и правда, обладают тем очарованием простой и ясной иерархичности, которая давно уже ассоциируется у нас с чем-то сказочным и волшебным, так что нет ничего более естественного для нас, чем рыцари или драконы, принцессы или короли. Мы и приукрашиваем, и приуменьшаем, путаем желаемое с действительным, но главное – можем почувствовать себя свободнее и пожить немного по правилам волшебной страны, на просторах которой, и впрямь, дышится легче.



Кроме того – и это уже второй момент – мы ощущаем совершенно особое, грубое и, в хорошем смысле, реалистичное обаяние вселенной Джорджа Мартина, придумавшего не просто очередной набор персонажей и расхожих фэнтезийных сюжетов – но максимально правдоподобное для такого мира развитие событий, невероятно живо напоминающих нашу собственную историю и наши собственные ошибки как человечества. В этом смысле кажется почти невероятным, что второсортный фантаст, всю жизнь увлекавшийся низкими жанрами и не имевший никакого соответствующего образования, сумел создать вселенную настолько суровую и одновременно – притягательную, что невозможно сказать, будто человек этот не изучал историю и не разбирался в ней куда основательнее, чем привычный нам нерадивый школьник или безалаберный студент. Всё-таки сложно поверить, что интуиция его была настолько безошибочна, а вкус – тонок, что он мог без труда плести интриги и чинить расправу в таком духе, будто это настоящие короли и вельможи борются за престол, предавая и уничтожая друг друга, так что чувство доброты, сострадания и привязанности оказывается почти диковинным в мире, где правят золото, насилие и эротика – и где крайне мало положительных «героев». Так или иначе, Мартину удалось, пусть даже книги его не представляют никакого интереса с точки зрения настоящей литературы, в силу то ли намеренной, то ли неизбежной примитивности слога, необходимой для отражения той стороны нашей реальности, которая и интересовала его, по-видимому, больше всего.


Третий момент, обеспечивший популярность сериалу, связан, очевидно, с самой формой подачи материала, оказавшейся несколько иной, чем у автора – но едва ли менее успешной. Пёстрая вереница характеров, набросанных писателем, обрела здесь живое и яркое воплощение благодаря удивительному касту – действительно удачному, если говорить о попадании в образы. Похвастаться таким мог разве что Дэвид Линч, поразивший нас в своё время красавицами из маленького, но уютного городка Твин Пикс – и вообще лицами во всех смыслах замечательными и привлекательными до невозможности. Думаю, многим показалось тогда – а сейчас кажется ещё больше – что усталая предрешённость, чувство ответственности и долга, смешанные с отсутствием даже тени тщеславия и безукоризненной отвагой простого и честного солдата, по-настоящему открыли нам Джона Сноу, когда он обрёл лицо Кита Харингтона – смазливого и кудрявого паренька, оказавшегося убедительнейшим меланхоликом и угрюмым вождём, лидером для лидерства непригодным. То же самое произошло с маниакально-властной, маленькой и белокурой Дени, с ещё более маленьким да удаленьким Тирионом, умным и остроумным не менее, с обаятельнейшим из мерзавцев Бронном, с боевитой, глубоко ранимой Арьей, со слишком справедливым Недом, гениальным стратегом Тайвином – и всеми прочими злыми, изредка добрыми или колеблющимися персонажами, которых мы могли до этого только воображать – а теперь увидели.


И не будет преувеличением, если я скажу, что ни за кем из сериальных героев мы не следили с такой отчаянной надеждой, страхом и сочувствием, будто переживали собственные победы и поражения – не говоря уже о смерти. На протяжении восьми сезонов она была верным спутником не только «безликой» Арьи, но и каждого не готового к ней. Как не готовы оказывались и мы, когда Неду Старку отрубали голову, а жене Молодого Волка или новому Лорду Командующему вонзали кинжал в живот. Это бывало жутко и шокирующе неожиданно – в точности, как в жизни. Здесь создатели сериала шли по пятам за Мартином и главные его сюрпризы преподносили достойно, и нас не разочаровывали. Верно они избрали и стилистику, сделав Вестерос не только жестоким, но и довольно экзотичным. Съёмки в самых красивых городах и местностях Европы принесли свой ожидаемый результат, и глазу было на чём задержаться, кроме прелестей Дейенерис и суровых, беспощадных битв. Несмотря на порой отталкивающие и неприглядные детали, чрезмерной натуралистичности в сериале никогда не было. Намеренное же уменьшение её повлекло бы за собой только очевидную фальшь и приукрашенную сказочность, каких во вселенной Мартина отродясь не было. Да и нам бы, по большому счёту, стало скучнее, а доверие бы исчезло.


Всё перечисленное удерживало нас возле экранов на протяжении восьми долгих лет – и только под конец многим стало казаться, что всё пошло не так и что всех нас жестоко обманули. Обманули с восьмым сезоном, с долгожданным завершением, с необходимым, но так и не состоявшимся катарсисом. В действительности же, всё началось намного раньше – и даже было заложено изначально, тогда, когда никто этого не видел, да и увидеть, наверное, не мог. Несмотря на обилие интригующих поворотов, выдержанную психологию и просто ярких героев, книги Мартина, хотя и были эдаким жёстким и максимально правдивым аналогом толкиновского Средиземья, никогда не претендовали на особые художественные заслуги – в силу не только бедности слога, но и замысла книги как такового. Слабо продуманная мифология и не слишком внятная история происхождения иных, семей и прошлого Вестероса в целом понижала ценность «Песни льда и пламени» как качественного и проработанного фэнтези – по крайней мере, в сравнении с Толкином. В любом случае, о настоящем искусстве речи не шло – да и Мартину до него было не дотянуться.


То же самое можно сказать и о сериале. С самого начала, будучи ещё достойным приемником саги и следуя её канонам, он не поражал воображение таким уж сложным визуалом и даже особенно глубинной психологией, держась исключительно на завязке, обещавшей целый мир. Мир, полный уникальных мелочей и странных удивительных приключений, включавших в себя рыцарей и королей, драконов и мертвяков, магию и сражения – но также и жестокие игры, жестокую любовь, жестокие сердца – и много чего ещё жестокого, чего мы не привыкли видеть в подобных «сказках» и что казалось поэтому свежим глотком. Так оно и было какое-то время (может быть, сезон, максимум – два), пока не стало понятно, что и «Игра престолов» – всего лишь шоу. Шоу, конечно, необычайное и прежде не бывалое – но совершенно предсказуемое в подаче. Цельная вроде бы история, начиная сезона с третьего, разветвилась на множество маленьких, воспринимавшихся уже разобщённо и превращавшихся постепенно в «мыло». Чуть более суровое и экзотичное, чем всегда – и всё-таки «мыло». Выяснение отношений и типовые конфликты компенсировались по-прежнему смертями, неожиданными встречами, союзами или схватками – но всё это было затуханием, движением вниз по наклонной, становившимся всё более очевидным с приближением к роковому финалу.


Сам принцип сериальности медленно, но верно убивал «Игру престолов», преследуя не столько правдоподобие и художественную ценность, сколько игру на ожиданиях и чувствах. Привычные годовые (и более) перерывы с красочными клиффхэнгерами под занавес заставляли фанатов трепетать и ликовать, как только шоу возвращалось на экраны скупыми недельными порциями. Основа, заложенная Мартином, продолжала удерживать судно на плаву, не позволяя ему затонуть из-за небрежности команды, перегружавшей посудину банальностями в надежде угодить пассажирам. Но вот книги закончились, сюжеты оборвались – и окончательно, и отчаянно «Титаник» пошёл ко дну. Хотя Бениофф и Уайсс – многообещающие сценаристы и создатели сериала – ощутили безнаказанную вседозволенность ещё раньше, начав перекраивать эпическое полотно автора в угоду собственным фантазиям. Но, возомнив себя Шекспирами и знатоками человеческой натуры, они не учли, что Мартина любили не случайно, что книги его читали не просто так – и что сюжет там был особенно важен. Они же взялись видоизменять и бессовестно упрощать – и всё окончательно погубили.



И точкой невозврата стал, пожалуй, седьмой сезон, где поспешность и желание поскорее закончить уловили даже самые непривередливые. Казавшаяся вначале похвальной лаконичность обернулась нарушением логики не только сюжетной, но и пространственно-временной – а также и атмосферной. Погружение в ткань повествования и самого этого уникального мира ощущалось уже лишь на самом поверхностном уровне, окупаясь оголтелой неуклюжей динамикой и попыткой очаровать нас встречами всех героев. Главное же – приближалось роковое столкновение, битва ни на жизнь, а на смерть между живыми и мёртвыми, предвкушая которую, мы не способны были удержаться и как безумцы верили создателям, готовившим для нас нечто потрясающее и выходившее за рамки возможного. Любимые же персонажи, собравшиеся вместе и сражавшиеся всё отчаяннее, приковывали всё наше влюблённое и зачарованное внимание, изо всех сил старавшееся не переключаться на глупость и невнятность сценария, становившегося уже до смешного «фанатским» в худшем значении этого слова. Привычный способ зомбирования зрителей достиг здесь, вероятно, своего предела. Засасывающему и наркотическому воздействию сериалов будет непросто установить теперь новую планку, когда и так побиты, кажется, все рекорды по искажению восприятия и человеческого здравого смысла.


И с треском провалившийся восьмой сезон – ожидаемое и наглядное доказательство давно очевидной сути. Раздражающе-непрофессиональная и по-детски беспомощная работа всесильных Бениоффа и Уайсса, угрохавших немыслимые бюджеты в потугах на создание грандиознейшей из телевизионных феерий, наконец-то открыла глаза всем нам, рассчитывавшим на чудо нереальное – но желанное до безумия. Имея почти неограниченную власть, творческую и финансовую свободу, которая позволила бы рискнуть и создать нежданный шедевр, они выбрали путь наипростейший и вопиюще наглый, решив, что одурманенному фанату, готовому вот-вот взорваться, сойдёт любая дребедень. Изобилующая настолько нелепыми случайностями и поспешными неточностями, настолько фантастическими допущениями и удобными недоговорённостями, настолько игнорирующая всякое правдоподобие и способность зрителя к элементарному анализу, что остаётся то ли вспыхнуть от гнева, то ли рассмеяться, то ли развести недоумённо руками. Последнее, пожалуй, будет наиболее уместно, так как совершенно беззубый и откровенно компромиссный финал сериала погружает в невероятную растерянность. Как создатели популярнейшего на свете шоу умудрились аннулировать все свои достижения уже одним только этим сезоном? Как вообще стали возможными такая халатность, творческая безответственность и грубейшее пренебрежение всякой логикой? Логичного ответа здесь как раз не находится.


Так или иначе, «Игра престолов» стала символом целой эпохи, собрав вокруг себя почитателей и ненавистников в немыслимых ранее масштабах. Хотя слава, как известно – явление преходящее. Когда нечто смотрит весь мир, когда это происходит здесь и сейчас, когда все ждут и замирают, чтобы сорваться и излиться потоком эмоций, снова замерев в ожидании и предвкушении – и так по многу раз, это самое «нечто» становится неизбежным феноменом, культом, кумиром, чем-то чрезвычайно значимым и вселенски важным, что будет таким, кажется, всегда и никогда не прекратится. Но представьте, что вы посмотрите это через десять лет – подряд и залпом. Представьте, что вы никогда не слышали об этом сериале и случайно наткнулись на него в будущем. Вызовет ли он у вас такой уж большой восторг и однозначно положительные отклики? Не станут ли все эти приёмы и финальные хитрости слишком однозначными, очевидными и безразличными? Не вызовет ли эта растянутая на сезоны банальность столь же мало воодушевления, сколько вызывает её сегодня «Аватар» или вызовут когда-нибудь «Мстители»? Конечно, сравнение не самое удачное, так как примеси подлинного в «Игре престолов» куда больше. Но факт остаётся фактом, и кумиры прошлого, как колоссы с глиняными ногами, рассыпаются на наших глазах, превращаясь в горстки пыли. Ветер перемен уносит их прочь и развеивает в вечности. И только редкие крупицы золота, попавшиеся между ними, остаются лежать, как лежали. Они – то немногое и единственное, ради чего всё это и было.


Поэтому остаётся только пожалеть, что грубоватое обаяние правды обернулось, в итоге, грубоватым развлечением, изысканным лишь на первый взгляд, как бордели Бейлиша-Мизинца. И в этом – главная проблема всех сериалов, заставляющих нас верить, что мы смотрим то же самое, спустя десять или двадцать сезонов. Сериал может быть неплохим изначально – но обязательно грубеет с возрастом. Растёт же он очень медленно и постоянно, так что мы не замечаем изменений. Как не замечаем их в близких людях, остающихся на протяжении долгих лет у нас перед глазами, уже не способными заметить разницы. Для этого нужно время, умение взглянуть со стороны, абстрагироваться. Но чаще всего мы не хотим или не можем видеть недостатков, оборачивая их достоинствами. Слишком уж велик соблазн, слишком уж мы привыкли. Слишком уж очаровывают нас Север и Эссос, ходоки и драконы, вороны и волки, Тирион и Джон – вся атмосфера этой взрослой сказки, имевшей огромный потенциал и огромную значимость. Но зерно истины, содержащейся в ней, увы, так и не проросло. Могучее и величественное чардрево загубили почти на корню. «Игра престолов» стала уникальным примером гениальной посредственности, сумевшей влюбить и одновременно разочаровать нас – и уж точно запомниться надолго. Вывод этот преждевременный и скороспелый – и всё-таки напрашивающийся неизбежно.

Tags: бениофф, великобритания, генри размышляет о, кино, сериалы, сша, уайсс
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments