Владимир Соколов (mr_henry_m) wrote,
Владимир Соколов
mr_henry_m

Category:

Что для меня «любимое» кино?

Продолжая начатую в прошлый раз тему, я хотел бы поговорить теперь непосредственно о кино «любимом». Не о том, что значит это слово вообще или для других – а что именно я вкладываю в такое определение. С одной стороны, хочется раз и навсегда прояснить это, чтобы не возникало лишних вопросов – а, с другой стороны, надеюсь, что анализ моего личного восприятия поможет разобраться и другим. Потому что тема эта, на самом деле, тонкая и довольно противоречивая. И уверен, что многие, как и я, просто обманывают себя и хотят видеть все не совсем так, как оно есть. Но давайте уже к делу. Сейчас я называю «любимым», скорее, не то, что могу без конца пересматривать и получать от этого наслаждение но то, что в определенный момент времени вызвало во мне серьезный душевный отклик и, может быть, даже прозрение. В своем полилоге (который мне реально хотелось бы, чтобы вы прочли, если еще не сделали этого) я затронул эту тему лишь в самом конце – так что теперь вкратце перескажу отдельно.

Некоторые фильмы становятся для нас своего рода «проводниками». К Богу, к миру универсальных идей и истин, к правде и красоте – как вам больше нравится. Важно то, что независимо от качества самого фильма и посыла, заложенного туда режиссером, он заставляет переживать нас счастье, радость или удовлетворение такого рода, каких кино просто «хорошее», умное или интересное в нас не вызывает. Конечно, здесь очень легко спутать озарение с банальной растроганностью, с тем, что сработали чисто киношные шаблоны и приемы, удачно потянувшие нас за правильные ниточки – и вот тебе сразу и смех, и счастье, и слезы. Такие вещи просто учишься различать на опыте, если стараешься быть вдумчивым и честным до конца с собой. Но думаю, что каждый все равно с легкостью вспомнит такие моменты и такие фильмы, потому что эффект «проводника», эффект этого озарения отличается от всех остальных. Это как с парнями и девушками. Все мы по сто раз влюблялись или очень симпатизировали кому-то – но все-таки без труда отличим такие вещи от того единственного или нескольких особых случаев, когда была у нас именно «любовь».

В общем, по-настоящему «любимыми» для меня являются именно такие вот фильмы-проводники. И когда-то они, и правда, были для меня теми, что можно было по десять или двадцать раз пересматривать, не боясь, что оно хоть немного разонравится или вообще когда-нибудь надоест. Но те времена прошли. В какой-то момент я начал понимать, что уже нельзя вернуться к любимому фильму так же, как в первый раз – без потери, скажем так, уровня или качества впечатления. Потому что, на самом деле, это будет уже не то первое впечатление и озарение, которое и заставило тебя этот фильм полюбить
но некий ритуал, воспроизводя который, ты будешь надеяться на прежний эффект. И в каком-то смысле оно обязательно сработает – но будет, скорее, самогипнозом, самоублажением, отчаянным самоубеждением, и близко не имеющими той озаряющей и очищающей силы, что содержал в себе изначальный прорыв. Ведь, как известно, в Нарнию нельзя попасть дважды одним и тем же путем. Проходы в нее будут, возможно, и открываться порой в разных и неожиданных местах – но принудительно и через ту же самую дверь, через тот же платяной шкаф в доме старого профессора, ты уже точно туда не войдешь. Так как чисто механический процесс пересматривания приведет тебя лишь к неприятным открытиям. И ты обнаружишь вдруг, что стал другим, что ты изменился, что ты не можешь больше воспринимать все так же, как воспринимал тогда – что ключик этот навсегда утерян. По крайней мере, так будет казаться при продолжении этих попыток.

Со мной это происходило не раз и не два – а, кроме того, я стал сознавать, что и раньше, когда получал еще какое-то наслаждение от пересмотров, я поневоле обманывал себя и поддавался вполне понятной слабости. Желая пережить то же самое впечатление (снова, как и в первый раз, влюбиться), я шел на незамысловатую хитрость, намеренно раздувая в себе экзальтированное состояние с теми же реакциями, теми же эмоциями – и в тех же самых местах, что были прекрасно знакомы мне – так что, когда приближался определенный эпизод, я был уже внутренне готов к тому, чтобы сейчас засмеяться, прослезиться или даже воскликнуть что-то, обращаясь с мысленными репликами к персонажам, которых знаю как облупленных, но делаю вид, будто искренне удивлен их словам и поступкам, словно это происходит впервые – и даже произношу нечто вроде «ну ты даешь», «молодец», «так держать» – в общем, разыгрываю перед собой целое представление, постепенно расходясь и приходя в такое эмоциональное возбуждение, что начинает казаться, будто я, и правда, переживаю снова те же чувства и озарение, что пережил и в первый раз. Хотя реально пытаюсь просто разнообразить просмотр, ведя внутренний диалог с повествованием и комментируя поступки персонажей – что собственно фильму ничего не прибавляет. Наверное, можно сказать, что это трогательно, забавно и хорошо по-человечески понятно – вот только сути, увы, не меняет.

Так как Марсель Пруст уже объяснил нам в своей книге «В сторону Свана», что для повторного переживания того единственного и первоначального момента откровения и восторга, нужны не эти механические, ритуальные повторы, а полное воссоединение с тем самым моментом
когда ты не усилием воли, но совершенно естественно, словно несясь с горки (так что захватывает дух, а глаза наполняют слезы), оказываешься втянутым в вихрь всех воспоминаний, мыслей и малейших ощущений тех замечательных мгновений – включая и все зрительные образы, и звуки, и тактильные ощущения (светлая комната, мягкая подушка, ночь, голоса из соседней комнаты или с улицы под окном), развернув полноценно картину всего происходившего тогда с тобой и вокруг. В книге Пруста такое «путешествие во времени» описано на примере пирожного, которое он, сидя у мамы на кухне, размачивает в чае и ест – и вдруг переносится целиком в мир детства, в дом своей тети, где тоже когда-то были и чай, и эти пирожные – но и много чего еще. В общем, пересмотр фильма, на самом деле, не нужен. Нужно не путешествие в географическом смысле этого слова (на примере детства и дома тети), но длительные и добросовестные раскопки. Ты должен просто заглянуть вглубь себя, отрешившись от всего окружающего, надуманного и вызванного усилиями воли – и все, что надо, все, что было важно, ты там обязательно найдешь.

Именно к таким выводам я и пришел теперь вслед за Марселем Прустом. И в моменты, когда я действительно сосредотачиваюсь, воскрешая в памяти того себя и те ощущения, я, и правда, узнаю их, по-прежнему понимаю и принимаю, так как они уже – часть меня, пускай и удаленная во времени. Это не значит, что мне не понятно, как пересмотр любимых фильмов может служить порой утешением и спасительной отдушиной, уголком маленького недолговременного счастья, в который приятно и нужно бывает удалиться, чтобы снова стать собой, отдохнуть и подумать – просто, наконец, почувствовать радость. Оно понятно мне даже очень – но, увы, теперь редко работает. Так как я знаю, что пытаюсь спрятаться, сбежать, избежать ответственности или отсрочить какой-то тяжелый и мучительный момент – что наступит, например, утром, из-за чего я и смотрю привычное ламповое кино на ночь, чтобы улечься спать согретым такими же привычными и ублажающими иллюзиями. В большинстве же других ситуаций (когда я намеренно заставляю себя пересматривать нечто, чтобы «проверить» свое отношение к фильму) я обнаруживаю часто лишь банальность, бедноватость и прочие недостатки, как и вообще – «недостаточность» этого кино для того, чтобы быть и по-прежнему любимым. Что, чисто объективно, как раз вполне себе вероятно – так как раньше я был неразборчив, наивен и не понимал ничего толком в кино, поддаваясь на простейшие фокусы и не замечая очевидной нелогичности, невнятности или бредовости. Хотя реально все это не имеет никакого отношения к тем действительно сильным впечатлениям и эффекту «проводника», который я пережил, так как это просто другой путь, другая сфера – другой способ восприятия мира.

Иначе говоря, что-то глубоко субъективное («проводник») и нечто объективное (искусство) могут приводить нас к одним и тем же откровениям и открытиям
но иметь при этом мало или совсем ничего общего. Причем, по моему опыту, как раз именно бедноватые и малозначимые с точки зрения искусства вещи (то есть, не забитые до краев гармонией, которой уже некуда при случае и потесниться будет), позволяют нам по какому-то индивидуальному, только для нас прописанному закону, прозревать в них красоту, правду и счастье – и, таким образом, заполнять и дополнять имеющиеся в них пустоты своим собственным глубинным содержанием. Тогда это уже не просто тот же самый фильм, одинаково известный разным и многим людям – но некое уникальное сочетание этого фильма именно с тобой, с твоим видением и наполнением его. И это как раз – к разговору о «пещерах», про которые я писал в предыдущем посте. Причем понятно, что «проводники» – самые глубокие и наполненные из них. А, теоретически, любой обсуждаемый фильм может оказаться для кого-то таковым – поэтому и надо быть осторожнее в критике. Сам я часто говорю не самые приятные вещи о кино, но надеюсь, что люди, которые меня знают, понимают, что это – всего лишь мнение, а вовсе не попытка высмеять или унизить кого-то из них лично.

Кстати, в отношении «проводника» сравнение с пещерой можно понимать еще и в смысле укрытия. Ведь часто кажется (а, вернее – хочется думать), что можно зарыться туда как можно глубже – и сбежать, таким образом, и от мира, и от всех насущных проблем. Большая часть моей жизни прошла именно таким образом. Правда, долгое время я скрывался от жизни не столько за счет кино, сколько за счет собственных фантазий, недостатка в которых никогда не было – как и материала для них. Позднее же, когда я открыл для себя сериалы и начинал потихоньку фанатеть от одного или от другого (или просто от какой-нибудь «вселенной»), стало ясным, что можно погрузиться в это с головой и вообще оттуда не вылезать. Ведь всегда во всех смыслах проще оставаться в пещерах уже прорытых и обустроенных, тщательно вычищенных, разукрашенных и освещенных, в тех, в которые вложено уже столько сил, внимания и любви – в тех, которые по-настоящему стали твоим «домом». А пробовать открывать новые (то есть, пытаться смотреть другое кино) – для этого надо предпринимать усилия, тем более, что ведь может и не понравиться – да и зачем вообще все это делать, когда так хорошо, уютно и привычно уже тут. Как будто оно, и правда – вечное твое прибежище, которое всегда будет дорого сердцу и ни за что, ни капельки не надоест.

Это я к тому, что можно заблудиться не только в чужих, но даже и в своих собственных пещерах – причем обречь себя на долгое и бессмысленное блуждание в них вполне даже добровольно и намеренно. Из-за чего, конечно, нелегко будет потом выбираться во внешний мир – не говоря уже о том, что с кругозором проблемы возникнут. Если же вернуться все-таки к «любимому» и действительно близкому мне кино, то могу сказать только, что осталось его крайне немного – о чем догадываюсь, даже и не пересматривая, и не разочаровываясь в чем-нибудь еще, что было когда-то так ценно и бесконечно дорого – теперь же с большой вероятностью оставит равнодушным. Да и из нового любимчиками становятся единицы – так что радуешься хотя бы и кратковременному отклику, хотя бы тому, что кино и вообще оставляет какой-нибудь след и не сливается для тебя в одну общую, безразличную и серую массу. Но об этом лучше – уже в следующем посте на тему.

Tags: генри размышляет о, за жизнь, искусство, кино, про меня
Subscribe

Posts from This Journal “за жизнь” Tag

  • Фильм как пещера

    В жизни мы очень часто обсуждаем что-то с другими людьми. Послушали песню, прочитали новость, увидели в транспорте странного мужика или няшного…

  • Гарри – друг который желает вам добра

    Услышав недавно название этого фильма, я в очередной раз задумался о том, до чего здорово бывает воображать себе, каким именно будет кино, о котором…

  • Неведомая Джуди

    В последнее время я много размышлял о том, что и как я пишу здесь о кино – и что и как вообще писать стоит. Очевидно, что в общем случае есть…

  • Уголок мудрости. О доброте

    «Изо всех человеческих талантов доброта взрослеет последней». Торнтон Уайлдер. «Женщина с Андроса»

  • Уголок мудрости. О волнении

    «Волноваться — значит использовать свое воображение не по назначению». Дэн Задра

  • Уголок мудрости. О непрочности отношений

    «Связью с людьми мы обязаны лишь своим собственным усилиям: стоит перестать писать или говорить, стоит обособиться, и толпа людей вокруг вас…

  • Уголок мудрости. О требовательности к людям

    «В молодости я требовал от людей больше, чем они могли дать: постоянства в дружбе, верности в чувствах. Теперь я научился требовать от них…

  • Уголок мудрости. О добродетели

    «Если делаешь добро человеку, чего еще хочешь? Мало тебе сделать нечто сообразное со своей природой – еще ты мзды себе ищешь? Все равно…

  • Уголок мудрости. Об идеальном общении

    «В идеальном мире все новые знакомства я бы начинала с того, что говорила бы: «К черту весь этот вежливый треп. Можно я сразу загляну…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments

Posts from This Journal “за жизнь” Tag

  • Фильм как пещера

    В жизни мы очень часто обсуждаем что-то с другими людьми. Послушали песню, прочитали новость, увидели в транспорте странного мужика или няшного…

  • Гарри – друг который желает вам добра

    Услышав недавно название этого фильма, я в очередной раз задумался о том, до чего здорово бывает воображать себе, каким именно будет кино, о котором…

  • Неведомая Джуди

    В последнее время я много размышлял о том, что и как я пишу здесь о кино – и что и как вообще писать стоит. Очевидно, что в общем случае есть…

  • Уголок мудрости. О доброте

    «Изо всех человеческих талантов доброта взрослеет последней». Торнтон Уайлдер. «Женщина с Андроса»

  • Уголок мудрости. О волнении

    «Волноваться — значит использовать свое воображение не по назначению». Дэн Задра

  • Уголок мудрости. О непрочности отношений

    «Связью с людьми мы обязаны лишь своим собственным усилиям: стоит перестать писать или говорить, стоит обособиться, и толпа людей вокруг вас…

  • Уголок мудрости. О требовательности к людям

    «В молодости я требовал от людей больше, чем они могли дать: постоянства в дружбе, верности в чувствах. Теперь я научился требовать от них…

  • Уголок мудрости. О добродетели

    «Если делаешь добро человеку, чего еще хочешь? Мало тебе сделать нечто сообразное со своей природой – еще ты мзды себе ищешь? Все равно…

  • Уголок мудрости. Об идеальном общении

    «В идеальном мире все новые знакомства я бы начинала с того, что говорила бы: «К черту весь этот вежливый треп. Можно я сразу загляну…