Владимир Соколов (mr_henry_m) wrote,
Владимир Соколов
mr_henry_m

Category:
  • Music:

Любимое кино. «Всегда» Стивена Спилберга

«Всегда» – один из тех фильмов, которым, кажется, суждено было отвоевать в моем сердце законное место любимца и верного друга, привязанность к которому не изменится и не иссякнет со временем, а, напротив – только укрепится дальнейшим узнаванием связанных с ним историй и разных мелочей, а также все новых черточек характера, каких ты раньше и не замечал, либо не придавал им особого значения – теперь же восхищаешься как сокровищем, как дорогим алмазом из коллекции, внезапно открывшимся и сверкнувшим тебе неведомыми прежде гранями. Суждено и потому, что это – идеальная лав стори (а ваш покорный слуга – законченный и безнадежный романтик, и не стыдится признаться в этом), и потому, что актеры подобраны идеально, и потому, что в режиссерах – виртуознейший американский чародей, в то время как за кадром – душевнейшие американские 80-ые, любимый мой период за всю историю мирового кино (плюс-минус пару лет, пожалуй). Хотя «Always» заслуживает внимания не только по этой причине – но еще, как минимум, и по двум другим.


Во-первых, кино это – для Спилберга довольно нетипичное. Может быть, и не настолько, как какой-нибудь «1941», но тем не менее. Потому что собственно любовных историй – то есть, фильмов, где романтический сюжет занимал бы центральное положение – Стивен, как ни странно, не снимал. Военно-историческое и социально-политическое кино – пожалуйста, приключения, сказки и фантастику – сколько угодно, выбирайте. А вот чтобы кто-нибудь и в кого-нибудь без ума влюблялся, не мог бы спокойно спать и существовать без любимого/любимой на свете – такого, кажется, не встречалось. Разве что отдельные сюжетные линии (скажем, в «Терминале» с Томом Хэнксом) радовали нас такими сюрпризами – но то было исключением из правил. Во-вторых, «Всегда» просто вопиюще и явно незаслуженно отодвинут на задний план – если взглянуть хотя бы на рейтинги или количество просмотров у фильма на КиноПоиске, где он позорно волочится в хвосте наряду с тем же «1941», а еще – «Шугарлендским экспрессом». Хотя «Экспресс» такой же замечательный – и точно так же заслуживает позиции в десятке самых лучших у Спилберга. (И тоже, кстати, кино для режиссера внезапное). Что касается «Always», то, строго говоря, это – ремейк, что никак не мешает авторской интерпретации и превращению малоизвестной истории из начала 40-ых в яркую и трогательную сказку.

Потому что сказочный элемент здесь тоже присутствует – и в этом плане подход Стивена узнается практически сразу. Главный герой фильма – летчик-ас, по имени Пит, занимающийся тушением лесных пожаров – то есть, оказывающий поддержку с воздуха тем, кто не справляется на земле самостоятельно. У него есть лучший друг Эл (тоже пилот) и любимая девушка Дори́нда (авиадиспетчер), постоянным страхам и переживаниям которой не предвидится конца, так как Пит обожает рисковать. Не то чтобы специально или чтобы позлить (скорее, потрюкачить для большего шику), но такова уж работа пилота, всегда сопряженная с опасностями и непредсказуемая в своих происшествиях. И неизбежное, конечно, случается – причем случается довольно быстро. Героически спасая товарища, Пит погибает от взрыва. Но уже в следующее мгновение оказывается в странном месте, где встречает его женщина в белом – некто, вроде ангела-помощника в ближайшем человеческом посмертии. Узнав от нее, что предназначение умерших – быть вдохновением для оставшихся на Земле (по крайней мере, на некоторое время), Пит отправляется обратно, чтобы помочь молодому летчику Теду, претендующему на его собственные лавры. Тот, правда, не может видеть и слышать Пита как обычного человека, но воспринимает его как внутренний голос, как собственные мысли, мелькающие время от времени в голове – и возникающие будто сами собой (тонкая ангельская задумка!). Единственная трудность, что паренек-то – не промах и влюбился в красавицу Доринду. Так, благородная поначалу миссия становится мукой и испытанием для бестелесного весельчака, не способного смириться с утратой, а уж тем более – помогать своему юному сопернику.


Есть в этом что-то смутно и отдаленно знакомое, не правда ли? Речь, разумеется, о «Привидении». Так уж, по-видимому, сошлись звезды, что фильму с Патриком Суэйзи и Деми Мур, вышедшему спустя полгода, суждено было стать хитом, в то время как картине Стивена Спилберга – забытой или замеченной немногими. Понятно, что и третий «Индиана Джонс» привлек в тот год слишком много внимания, оказавшись во всех смыслах популярным и успешным у зрителя – и затмив своего скромного собрата. Но, увы, со временем ничего не изменилось, и если культовому «Привидению» признаются в любви или симпатии повсюду и теперь, то за несчастное и затерявшееся в списках «Всегда» замолвит словечко разве что какой-нибудь фанат и истинный поклонник творчества Стивена, да и то – далеко не каждый. В общем, несправедливость эту мне очень хочется исправить. Честно говоря, я плохо помню и сюжет, и атмосферу «Привидения», так что сравнивать здесь подробно эти фильмы не стану. Есть у меня только общее интуитивное ощущение, что «Always» берет верх уже в самом начале, если приглядеться повнимательнее к тому, как именно Спилберг создает напряжение в кадре – и как намекает нам на то, что произойдет по сюжету дальше. Первая треть картины тут и в принципе самая сильная и тонкая по наполнению, но в особенности – эпизод в ангаре.

Только что чудом приземлившийся Пит, у которого отказал двигатель, радуется своей удаче. Радуются вместе с ним и все остальные, так что закатывают в тот же день вечеринку, совпадающую с днем рождения Доринды. И вот тут-то, от реплики к реплике, от детали к детали, уже с несомненностью вырисовывается характер их отношений с Питом, полных своеобразного милого юмора и той особенной манеры общения, когда двое могут игнорировать, кривляться и всячески подкалывать друг друга, создавая иллюзию несерьезности всех этих якобы отношений – притом что оба понимают другое. И сколько бы ни бравировал забияка Пит, сколько бы ни хмурилась и ни дулась на него сварливая с виду Доринда, истинным чувствам и привязанности этих двоих не скрыться за маской безразличия. Но такой подход, такая тактика – единственно возможные в тех невыносимых условиях, в которых любовь их существовать вынуждена – вынуждена изо дня в день. И Спилберг мастерски демонстрирует нам, как на фоне предстоящей, хотя и неведомой еще катастрофы, создается уникальная атмосфера вечера – и праздничного, и спасительного. Насколько напоен он сокровенным упованием, восторгом ребячливых дурачеств, нежным и романтичным вниманием со стороны Пита и вообще – той красотой большого и настоящего чувства, от всех проявлений и реакций на которое ты просто таешь, расплываясь в блаженной улыбке, одновременно такой счастливый – и искренне переживающий за влюбленных.


Так как разлито в воздухе и ощущение тревоги, угадывающейся даже в блеске голливудской улыбки Ричарда Дрейфусса (играющего Пита), в которой тоже есть что-то трагическое и уже предрешенное – словно блистает она напоследок. Возможно, здесь сказывается и то, что я видел фильм несколько раз, так что слишком уж вглядываюсь и раскапываю не существующие вовсе намеки. Но позднее (уже после вечеринки) будут еще и другие. Видя уходящего вперед Пита, окруженного голубоватым сиянием самолетных фар посреди темной бескрайней ночи, Доринда остановится – и почувствует что-то нехорошее. Словно идущий перед нею любимый вот-вот растает, станет частью этого призрачного и звездного сияния – и позднее, резко пробудившись ото сна, она вдруг снова увидит это сияние – но исходящим уже из холодильника, в распахнутой дверце которого обнаружит Пита, что взглянет на нее так мертвенно-спокойно и лишь позднее слегка улыбнется – и тут ей уже станет страшно ни на шутку. Точно так же и Пит лишь вполуха слушает Эла на вечеринке, тревожно расхаживая и ожидая Доринду (которая все переодевается и никак не идет), будто тоже нечто предчувствует и хочет поскорее увидеть свою возлюбленную – чтобы она просто появилась и была тут. И до чего же трогательна его пораженность ее красотой, когда Доринда спускается по лестнице, словно Золушка, явившаяся на бал, словно луч света или ангел, озаривший этот темный и старый ангар, пропитанный машинным маслом и трепетным восторгом, что замер на губах у чумазых пожарников, бросившихся тут же и дружно умываться – чтобы по очереди с принцессой танцевать. А тут еще и уморительный симпатяга Эл, проказничающий и фокусничающий на пару с Питом – и поднимающий настроение вдвойне. В общем, действительно – просто идеальный вечер, когда все счастливы и от души веселятся – но как же все это и хрупко, не вечно, как быстро утекает мгновение!

И тут же (хотя этому и не придается почти никакого значения) появляется и наш будущий молодой герой, остающийся пока что не у дел и воспринимающийся явно посторонним – притом что он уже поражен в самое сердце Дориндой, лишь только раз на него случайно взглянувшей. Да и сам Пит, смотрящий сверху на то, как зачарованные работяги танцуют с ней, с его девушкой – с самой прекрасной женщиной на свете – ощущает внезапный укол в груди и пронзенный осознанием, какое же сокровище досталось ему в этой жизни, улыбается, благодарный судьбе. Хотя признаться в этом он так и не успеет. Отчаянный и бессмысленный крик сквозь шум пропеллеров, конечно же, не в счет – ведь она его не услышала. И от сознания всей невозможности вернуться и произнести заветные слова, и впрямь, разрывается сердце, сердце именно твое – человеческое и зрительское. И так происходит каждый раз – хоть ты и заранее все наизусть знаешь. Но оно и понятно, учитывая, насколько успел ты полюбить этих героев и их историю, их чувства, но главное – их дорогие и приятные лица, эмоций и реакций на которых ты с такой мучительной радостью ожидаешь – ожидаешь снова и снова. Ведь разве не в этом вся прелесть пересматривания фильмов? В том, чтобы бесконечно, раз за разом, любоваться восторгом и ужасом, удивлением и отчаянием, радостью и печалью, проступающих на этих живых для тебя экранных лицах, точно так же страдающих, любящих и сомневающихся – и именно этим вызывающих сопереживание. Пусть даже все это – лишь сменяющие друг друга картинки, лишь представление, фикция, магия. Но ведь даже и «магия» бывает настоящей – и здесь это реально ощущается.


Хотя дело, конечно, не только в хорошо рассказанной голливудской истории – но и в снимавшихся в ней актерах. Пит – образцовый джентльмен и кавалер, просто отличный и положительный на все сто парень с улыбкой на миллион, за которым чувствуешь себя как за каменной стеной, кем бы он там порой ни притворялся и как бы себя вообще ни вел. Это амплуа идеального экранного американца, с открытым, добрым и честным лицом, Дрейфусс отыгрывал уже в 70-ых, покорив зрителей в «Американских граффити» или в фильме «До свиданья, дорогая», хотя, разумеется – и в двух работах Спилберга, одинаково прорывных как в жанровом, так и в финансовом плане. Но с возрастом актер приобрел и харизму плутоватого ловеласа – хотя все такого же романтичного, положительного и ребячливого. Те, кто видел «Слежку» с Эмилио Эстевесом, наверняка, меня понимают. А уж усы и благородные седины, с какими он красуется два часа в «Always», делают его чуть ли не еще более обаятельным и располагающим, чем был этот парень в молодости – хотя улыбка-то у Ричарда остается все такой же юношеской. И такому лихому и зрелому, сногсшибательному обаянию под стать только обаяние женщины, в которую тот влюблен по сюжету – и которая явно его моложе. Дуэт Холли Хантер и мистера Дрейфусса оказался удачным настолько, что они пробовали встретиться и вновь, снявшись вместе в трагикомедии «Еще кружок» – фильме, правда, куда более посредственном и, в общем-то, неоправданно сентиментальном. Хотя, в данном случае, это совершенно не важно – а важна здесь сама Холли.

Так уж получилось, что львиной доле очарования спилберговской картины (по крайней мере, при первом просмотре) обязан я именно ей. Стоило мне только увидеть эту женщину, а, вернее – ее героиню, как я испытал тот редкий и блаженный восторг, что охватывает меня при попадании в цель. Я имею в виду, что попаданием – поразительным и в самое яблочко – был образ Доринды Дерстон, оказавшийся (как я сразу же понял) одним из тех желанных идеалов, которые я всегда и повсюду искал. Сразу стало ясно и то, что собственные мои косноязычие и беспомощность перед такой красотой оставят ее, конечно, невыраженной и невысказанной для других – но уж точно не лишат поклонения, привычного безмолвного восхищения перед той бездной индивидуальной прелести, что заключается для меня в женском образе, воплощенном на экране актрисой. Да, не в живом и реальном человеке – но как раз это-то помехой никогда не было. В любом случае, и правда, нелегко объяснить, почему так особенно прекрасны эта милая нелепость и непосредственность в характере и внешности Доринды, такой по-мальчишески разболтанной и задорной, настойчивой и боевой, но одновременно – такой нежной и преданно любящей, по-ангельски и по-детски ранимой и живой, так что от смеха до слез тут – всего один шаг, что неподражаемо продемонстрировала Холли и в «Теленовостях», в которых снялась за два года до того – и что также, возможно, повлияло. И до чего же хочется по-дружески подколоть и рассмешить ее, растрепав непокорные волосы, но вместе с тем – погладить и обнять, пожалеть и защитить, ощущая всю уязвимость и трагедию, которую Доринда с трудом переживает – с тем, чтобы затем, пройдя через огонь и воду, вернуться к жизни обновленной.



Про накаченного и высокого красавчика Брэда Джонсона в роли юного соперника Пита ничего особенного и не скажешь – кроме того, что он феерично-шаблонен в своем амплуа, хотя и претендует на добродушное снисхождение, будучи парнем, что надо. В общем, мы, скажем так, приняли и поняли, зачем и для чего он нужен по сюжету – и для какого именно контраста. Куда более искреннюю и широченную улыбку вызывает, конечно же, Джон Гудман – как и всегда, чертовски обаятельный и чудаковатый мишка и настоящий король комедии, отыгрывающий при этом дружбу и драму так убедительно, естественно и проникновенно, что лучшего напарника для весельчака и котяры Дрейфусса невозможно даже и вообразить. Наконец, «Всегда» – последняя роль ангела и принцессы золотой эпохи голливудского кино Одри Хепберн, ставшей здесь именно таким вот неземным и чудесным персонажем – той самой помощницей в посмертии. И, чем больше я думаю об этих актерах и их героях, тем все больше понимаю, что Стивену удался́ не только сюжет. Мне кажется, что чисто интуитивно он угадал и почувствовал здесь каждого из этих персонажей. Почувствовал, что именно эти люди подходят на эти роли, дополняя и преображая друг друга на экране – из-за чего и «химия» между актерами работает на высшем уровне. И без этого не возникло бы и того щемяще-радостного ощущения от атмосферы, отношений и событий в ангаре, да и вообще – от фильма как такового в целом.

Да, он, разумеется, по-голливудски рассчитанный и эмоционально по канонам выверенный – с этим, при всей моей симпатии к нему, спорить я никак не могу. Понятно, что посыл в духе «любовь не завидует и своего не ищет» преломляется здесь в ключе откровенно сказочном, удобном и шаблонном. Конечно же, Пит отпустит и позволит Доринде жить, радоваться и любить – иначе и зачем вообще снимать такое. Но дело-то, как мне кажется, не столько в этом – сколько в том, как через лица и типажи актеров, через визуальные образы и оттенки, подкрепленные его очевидным мастерством режиссера, Спилберг выразил пускай лишь небольшую и клишированную – но все же подлинную интонацию отношений, одну из многочисленных нот любви, звучащих в нашем мире – которая именно поэтому так искренне (а не только сентиментально) трогает и задевает, сочетаясь с уникальными особенностями личности и характера героев, между которыми чувство и возникает. К тому же, все сцены и эпизоды фильма наполнены не только профессионально и драматургически, юмористически и музыкально – но также и неуловимо разлитыми в кадре теплотой и нежностью, с какими Стивен, я думаю, относится к своим героям – а, в соответствии с этим, выстраивает и их отношение друг к другу. Взять хотя бы дружескую привязанность Эла и Доринды, так сильно и единодушно тоскующих по ушедшему от них Питу, когда те встречаются случайно, спустя полгода – и как заботливо относится к ней при этом Эл, как хочет поддержать и вернуть к жизни, проявляя даже и необходимую суровость – хотя и сам страдает не меньше.



Мелькает это отношение даже в сцене со школьным автобусом – не говоря уже о всех драматически заряженных эпизодах, где призрак обращается к возлюбленной, которая его не видит, хотя по-своему и слышит – плюс те описанные мной подробно моменты, когда эти двое были еще вместе на Земле. Пожалуй, внешне и на словах от расчетливого дерганья за ниточки это трудно, да и не всегда даже можно отличить. Но оно просто впитывается и вживляется вместе с атмосферой – которая от начала и до конца остается истинно спилберговской. Это и обязательный кадр звездного неба, и музыка верного соратника и друга Джона Уильямса, но главное – тот уникальный для американского кино дух наивно-простодушной сказочности, веры и доброты, который именно у Спилберга жил и проявлял себя особенно наглядно – будь то «Парк Юрского периода» или «Близкие контакты третьей степени», «Поймай меня, если сможешь» или «Спасти рядового Райана», «Шпионский мост» или «Большой и добрый великан». Так или иначе, погружаться и наслаждаться этой историей, радоваться и переживать за этих героев я буду, уверен, и дальше. Always. И очень надеюсь, что хотя бы кому-нибудь и хотя бы немножко захотелось приобщиться и попробовать тоже – конечно, если он романтик. А, даже если самому ему так и не кажется, есть шанс убедиться в обратном.
Tags: #любимыйфильм, гудман, дрейфусс, кино, любимое кино, спилберг, сша, хантер
Subscribe

Posts from This Journal “любимое кино” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 29 comments

Posts from This Journal “любимое кино” Tag